Страница 1.
1-2-3-4-5
Посмертная судьба.
Великолепный вечный гений
не страшится забвения.
Малларме.
Все теперь будет происходить так, как если бы силы жизни, которые одновременно являются силами смерти, вознамерились отомстить за себя Сёра, стереть с лица земли его следы.
Сын художника
Подробнее >>
Словарь >> от Мадлен Кноблох, заразившись, умирает 14 апреля, через две недели после кончины Жоржа Сёра. 24 мая в Ренси умирает и его отец. А ребенок, которого ждала Мадлен, так и не увидит света.
Что касается творческого наследия Сёра, то с ним будут происходить печальные вещи.
В апреле родители художника
Подробнее >>
Словарь >> попросили Максимилиана Люса, Синьяка и Фенеона составить вместе с Эмилем Сёра опись мастерской. 3 мая эта опись, в которой значились 42 картины
Подробнее >>
Словарь >>, 163 кроке-тона, 527 рисунков
Подробнее >>
Словарь >> и набросков
Подробнее >>
Словарь >>, была закончена. В семье возникли сомнения: что делать дальше? Теперь стало известно, что художник жил не один, что у него была подруга и ребенок от нее. Родителей не смущало то обстоятельство, что брак не был официально зарегистрирован; они согласились считать Мадлен вдовой их сына и сделать ее наследницей половины работ художника
Подробнее >>
Словарь >>. Тронутый этим Синьяк сразу же после смерти художника
Подробнее >>
Словарь >> написал письмо Тео ван Риссельбергу — его теща только что купила одну из гравелинских марин Жоржа Сёра, — обращаясь к нему с просьбой передать деньги не семье художника
Подробнее >>
Словарь >>, а Мадлен, которая, по его словам, вскоре останется без средств к существованию.
В какой-то момент возникла идея продажи с торгов. Но от нее отказались. Что она могла дать? Произведения Сёра имели невысокую коммерческую цену. Поэтому было решено разделить наследство по взаимной договоренности между семьей и Мадлен.
Все согласились также с тем, что следует подарить на память друзьям художника
Подробнее >>
Словарь >> некоторые его работы: раскрашенное панно или рисунок
Подробнее >>
Словарь >>, либо и то, и другое для самых близких. Родные художника
Подробнее >>
Словарь >> получат, в частности, каждый по два панно и по рисунку
Подробнее >>
Словарь >>.
Такое разбрасывание работ может удивить. Отчасти оно было ответом на озабоченность Фенеона, который не слишком уважительно относился к несчастной Мадлен; в письме Гюставу Кану — последний недавно поселился в Бельгии — он без обиняков выразил свое отношение к молодой женщине, уточнив, что было бы «опасно оставлять ей все наследие Сера», ибо «боится ее новых сердечных увлечений».
Мадлен намерена обосноваться в Бельгии и зарабатывать себе на жизнь в качестве модистки. Во второй половине мая она отправилась в Брюссель, прихватив с собой пять панно и девять рисунков
Подробнее >>
Словарь >>, с поручением распределить их между бельгийскими друзьями согласно данному ей списку.
Мадлен останавливается у Гюстава Кана. И тут начинается невероятная путаница. Что же произошло на самом деле? Может быть, Кану показались подозрительными условия раздела имущества? Или же им двигал какой-то личный интерес? И не вспыхнула ли ссора, как это часто бывает, вследствие недоразумения, из-за необдуманных слов, беспричинных или необоснованных предположений, которые в пылу страстей превратились в бесспорные истины? Увы, судить об этом мы можем лишь на основании имеющихся в нашем распоряжении писем, по своему тону весьма взвинченных, авторы которых приписывают друг другу самые недостойные намерения. «Нас обвиняют, Фенеона, Люса и меня, в том, что мы действовали как мошенники», — скажет Синьяк; для него цель Кана очевидна: поэт хотел бы «иметь все картины
Подробнее >>
Словарь >> Сёра из тщеславия и в целях рекламы».
Как бы то ни было, находясь в Бельгии, Мадлен — а ей мадам Кан, по словам Синьяка, «имела низость» показать касающееся ее письмо Фенеона — обрушила свой гнев на парижских друзей, не скупясь на обвинения. Жорж Леммен также занял сторону Мадлен. Страсти накалились. В конце концов Кан и Леммен поехали в Париж
Подробнее >>
Словарь >>, чтобы провести «расследование» на месте.
Взбешенному Синьяку, обратившемуся за помощью и разъяснениями к Тео ван Риссельбергу, последний ответил, что их, Синьяка, Фенеона и Люса, упрекают:
«1. В том, что они защищают интересы семьи Сёра в ущерб его вдове, которая таким образом
Подробнее >>
Словарь >> оказалась обездоленной. 2. Что они выкроили (для себя) солидную долю наследства; рылись в переписке и утаили при этом кое-какие бумаги
Подробнее >>
Словарь >>; проявили великодушие и любезность по отношению к журналистам, взвалив всю ответственность на Сера; воспользовались болезнью вдовы и т. д., и т. д., и т. д., и еще куча мелких фактиков, весьма смахивающих на сплетни, но, очевидно, выдуманных с целью (им) навредить». (Опубликовано, как и большинство остальных приведенных здесь текстов, Ги Погю, который собрал любопытное досье об этих распрях.)
* * *
К чести Тео ван Риссельберга, для которого эта ссора была крайне неприятна, надо сказать, что он не терял присутствия духа. Отправившись к Мадлен, чтобы вручить ей четыреста франков за «Гравелин», он выслушал ее жалобы, а затем попросил Кана и Леммена о встрече в кафе, в «нейтральном месте», где заявил им в ходе беседы, что ничто в действиях
Подробнее >>
Словарь >> или писаниях Синьяка, Люса и Фенеона «не обнаруживает ни малейшей непорядочности», ни малейшей двусмысленности. Но что он мог еще сделать? «Я бы многое дал, чтобы это дело было окончено и предано забвению».
После достаточно бурной встречи Люса и Синьяка с Мадлен (по ее возвращении из Брюсселя) Синьяк пришел к выводу:
* * *
«Все происходящее идет от этой змеи мадам Кан. Играя роль меценатки, из любви к злу и к интригам, она сделала все возможное, чтобы восстановить эту безмозглую и безвольную женщину против нас... Люс и Фенеон были мошенниками, а у меня было только одно желание: похоронить своего соперника Сёра... — вот о чем я узнал».
* * *
Наконец мало-помалу буря улеглась. 28 июня Синьяк, который добрался до Конкарно и сел на свою яхту «Олимпия», сообщил Тео ван Риссельбергу, что в своем «заказном письме мадам Кан отказывает в дружбе вдове Сера» и что сам он получил от мадам Кан письмо на двенадцати страницах, где она в подробностях излагает «клеветнические слухи», которые, по ее словам, распространяла Мадлен. Синьяк негодовал:
* * *
«На этих двенадцати страницах нет ни одного слова правды, — писал он. — Представьте себе, до чего можно дойти: Люса обвинили в том, что он продолжает работать над эскизом
Подробнее >>
Словарь >> «Цирка» кисти
Подробнее >>
Словарь >> Сёра? Какая грязь! Я имею в виду Леммена, который поступил как доносчик и неверный друг... Больше всего жалко — хотя она не ведала, что творит, но вела себя ужасно — бедную дуреху вдову Сёра, которая, сплетничая и рассказывая небылицы, словно безумная консьержка, восстановила всех против себя».
Мадлен Кноблох вскоре исчезла со сцены. Событие, случившееся в конце лета, в последний раз привлекло к ней внимание. В сентябре утонула ее мать. 5 сентября, в девять утра, труп женщины извлекли из воды в Аржантейе, в местечке, носящем название Пор-д'Ан-ба. Мадлен опознала ее в морге.
* * *
Нетрудно предположить, что смерть Сёра тяжело отзовется на будущем неоимпрессионизма
Подробнее >>
Словарь >>. Едва узнав о смерти художника
Подробнее >>
Словарь >>, Люсьен Писсарро написал из Лондона отцу: «Пуантилизм умер вместе с ним». Писсарро согласился с сыном: «Думаю, что ты прав, с пуантилистской техникой
Подробнее >>
Словарь >> покончено, но, — добавил он, — я полагаю, что обнаружатся другие последствия, которые будут иметь очень большое значение для искусства
Подробнее >>
Словарь >>. Сёра, несомненно, внес в живопись
Подробнее >>
Словарь >> что-то новое».
Писсарро, которого увлечение дивизионизмом
Подробнее >>
Словарь >> надолго выбило из колеи, еще не совсем обрел былую самоуверенность. В ноябре он не без грусти пишет Октаву Мирбо: «Когда я смотрю на свою старую работу, которую долго не видел, я воспринимаю ее как чужое произведение, нахожу в ней достоинства и сокрушаюсь, что не смог продолжать в том же духе». Его самочувствие также оставляло желать лучшего. Он страдал заболеванием глаз. Однако в начале 1892 года ему довелось испытать большое удовлетворение. Выставка
Подробнее >>
Словарь >>, посвященная его творчеству
Подробнее >>
Словарь >>, организованная Дюран-Рюэлем, впервые во всем блеске раскрыла талант
Подробнее >>
Словарь >> шестидесятилетнего художника
Подробнее >>
Словарь >>.
Люди, причастные к творческим
Подробнее >>
Словарь >> исканиям Сёра, в большинстве своем с болью восприняли известие о его смерти. Больше других она опечалила Синьяка. Необходимость отстаивать теперь принципы неоимпрессионизма
Подробнее >>
Словарь >> в одиночку его удручала. Из-за своей непринужденности в выражениях, бойкости языка, чрезмерного высокомерия он нажил себе — что не облегчало выполнения стоявшей перед ним задачи — немало врагов. Его не переносил Моне; Дега, который, по словам Писсарро, «питал ненависть к «молодым гениям», как он их называл», всячески издевался над ним; так или иначе отражая эти нелестные мнения, Мирбо во время последней выставки
Подробнее >>
Словарь >> независимых весьма жестоко отозвался о Синьяке на страницах «Эко де Пари» (31 марта 1891 г.), говоря о его «шумном, сухом, претенциозном ничтожестве».
Даже в среде независимых обнаруживались кое-какие враждебные по отношению к Синьяку намерения. Не предпринял ли Анкетен в мае попытку — правда, безуспешную — изменить устав и название Общества?
Как бы то ни было, в настоящий момент важно было воздать должное Сёра, устраивая его посмертные ретроспективные выставки
Подробнее >>
Словарь >>. Две из них были организованы в 1892 году: первая в феврале силами «Группы двадцати» (Анна Бок приобрела тогда пейзаж «Сена в Гранд-Жатт», выполненный весной 1888 года при ярком солнце) (За два года до этого Анна Бок купила у «Группы двадцати» единственную картину
Подробнее >>
Словарь >>, которую Ван Гог
Подробнее >>
Словарь >> сумел продать при жизни. В 1936 г. она преподнесла в дар Королевскому музею
Подробнее >>
Словарь >> в Брюсселе «Сену в Гранд-Жатт» Сёра.); вторая состоялась в марте у независимых. На этих двух выставках
Подробнее >>
Словарь >> друзья и последователи Сёра были представлены довольно слабо. Портрет
Подробнее >>
Словарь >> Фенеона кисти
Подробнее >>
Словарь >> Синьяка произвел на выставке
Подробнее >>
Словарь >> «Группы двадцати» неблагоприятное впечатление
Подробнее >>
Словарь >>. Более того, откололся от Группы еще один художник — Жорж Леммен.
В последующие месяцы «нео» попытались исправить положение. В конце 1892 года Синьяк, Кросс, Тео ван Риссельберг, Люс, Птижан, Лео Госсон и Люсьен Писсарро организовали коллективную выставку
Подробнее >>
Словарь >> в залах отеля «Бребан», в доме номер 32 по бульвару Пуассоньер. Спустя год художник-любитель, весьма состоятельный человек, который оказывал многим художникам
Подробнее >>
Словарь >> финансовую помощь, граф Антуан де Ларошфуко снял в доме номер 20 по улице Лаффит помещение, чтобы проводить там выставки
Подробнее >>
Словарь >> неоимпрессионистов; сам он тоже баловался разделением цветов.
В начале декабря 1893 года сияющий от счастья Синьяк собрал художников
Подробнее >>
Словарь >> «нео», чтобы сообщить им о «прекрасном и благородном предприятии» Ларошфуко. Вначале будут организованы коллективные экспозиции
Подробнее >>
Словарь >>, сменяющиеся ежемесячно, затем каждый из художников
Подробнее >>
Словарь >> группы получит право на персональную выставку
Подробнее >>
Словарь >>. Лавочка, обращающая на себя внимание прежде всего электрическим освещением, поражала прохожих своими вызывающими красками
Подробнее >>
Словарь >>. «Какая лее это дыра, наша лавочка на старой улочке Лаффит! — воскликнул Синьяк. — Зеленовато-синий цвет
Подробнее >>
Словарь >>, круглые металлические буквы, ярко-красный. Она уже возвещает бодрящую песенку радости, света, силы, здоровья... триумфа». Озадаченный Писсарро не разделяет его мнения. «Это безобразно, — писал он Люсьену, — и напоминает витрину базара, но, кажется, ни у кого не вызывает возражений».
Первая выставка
Подробнее >>
Словарь >> открылась в самом конце декабря. Основной ее итог заключался в том, что она породила разногласия и высветила неоспоримый факт: лишившись своего главы, неоимпрессионизм теперь не более чем колесо без ступицы. В спор вступили Синьяк и Птижан. «Мнение Птижана, — писал Писсарро, — полностью совпадает с нашим: нет будущего у метода, столь же замкнутого, как точка в конце предложения». Но произошло и нечто куда более серьезное. 23 января на страницах «Эко де Пари» Октав Мирбо вновь обрушился на Синьяка. Посещение выставки
Подробнее >>
Словарь >> убедило его в том, что смерть Сёра «была огромным несчастьем»: молодой художник, по его мнению, в самом деле «обладал незаурядным живописным даром». Творчество
Подробнее >>
Словарь >> же Синьяка представилось ему в ином свете.
1-2-3-4-5